Пустое шоссе

«Автокатастрофа» Дэвида Кроненберга

Максим АНДРЕЕВ
Пилотный выпуск телепрограммы «Положение вещей», 1997 год

В день, когда я вышел из больницы, мне показалось, что машин стало намного больше. Чудовищно больше. Что они собрались вместе с определенной целью. Миллионы движущихся железяк заполонили пространство, шушукаясь, словно ожившие грузовики Касл-Рока и тараня чужаков, словно взбесившиеся автоматы кока-колы из Хевена. Словно демонический “плимут” с женским именем Кристина. Но автокатастрофа - акт оплодотворения, а не разрушения. Она высвобождает сексуальную энергию. Энергия зрителей соединяется с сексуальной мощью мертвецов.

Томминокеров.

Канадский режиссер Дэвид Кроненберг и американский фантаст Стивен Кинг больны одной и той же болезнью: экзистенциальной шизофренией. Неестественные, нечеловеческие их фантазии работают в унисон и рождают сны, которые слаще смерти, и почти настолько кошмарные, как жизнь. В 1983 году Кроненберг взялся экранизировать лучший роман Кинга “Мертвая зона” и потерпел неудачу. Через три года он снял “Муху” - один из самых страшных фильмов в истории. А спустя еще двенадцать лет канадец сделал кино по роману Джей Джи Балларда “Автокатастрофа”, заложив в него всех кинговских лангольеров, томминокеров, кристин и джонов смитов вместе взятых. И пережил триумф.

На каком-то зазеркальном уровне это такая странная история любви. Произведения Балларда всегда футуристичны, поэтому это современная история о людях будущего. То, что случилось с нашими чувствами, восприятием секса, любви и дружбы - очень и очень страшно. Мы предельно разобщены и одиноки.

Актеры в "Автокатастрофе" не просто хороши. Многие являются знаковыми фигурами. Холли Хантер - вконец развращенная учительница музыки из “Пианино”. Джеймс Спейдер - экстраполяция образа вуайериста из “Секса, лжи и видео”. Греческий великан Элиас Котиас мутировал в “Автокатастрофу” из “Экзотики” Атома Эгояна.

Машина - огромная постель на колесах. Здесь разлит аромат бензина и спермы. Расскажи мне, как пахнет мотор. Ты открываешь капот, достаешь коленчатый вал. Ты погладишь его или сразу начнешь целовать? Знаешь, какой у него вкус?

Судьбы героев “Автокатастрофы” метафоричны. На самом деле фильм рассказывает о совмещении машинных технологий с сексом. Современный ритм жизни завораживает людей, действует как наркотик, и мы начинаем относиться друг к другу как к предметам.

Появление фильма на наших экранах совпало с поражением чемпиона мира по шахматам от компьютера Ай Би Эм. Борьбой человека с машинами, лишенными нравственного начала. Живых с мертвецами. Каспарова с Карповым. Кинга с Кроненбергом. Джона Смита с собственным отражением.


Перемоделировать человеческое тело. Вивесицировать себя, срастить с машиной, и, раздавив дрожащей ногой газовую педаль, вырулить на встречную полосу.

Тщетно.

Что случилось с движением? Где все машины?

Они исчезли.

Одна из последних сцен - пустое шоссе. Оно пусто, потому что иные Кроненберга не интересует. Они пустышки, приспособившиеся к реальности, заслужившие покой, но не заслужившие ни света, ни автокатастрофы.

В сакраментальном вопросе: “Дорогая, с тобой все в порядке?” звучит надежда.

- Спасибо, кажется, да.

- Не расстраивайся, любовь моя. Может быть, в следующий раз повезет больше.

Живая Кристина на страшной скорости пронеслась мимо. Томминокеры остались на обочине. Одни-одинешеньки.