Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

(no subject)

Протопресвитер Александр Шмеман в своем дневнике записывает:

Kuopio. Четверг, 25 сентября 1975


Одиннадцать часов вечера, в резиденции архиепископа Павла в Куопио. Весь день - то есть пять с половиной часов - вчетвером в машине. Оо. Пурмонен, Могилянский и Кирилл Гундяев, утром приехавший из Ленинграда. Осенний, ясный, но с облаками день. Сосны, березы, озера, пустынно - необыкновенно похоже на наши [холмы] Laurentides в Квебеке.

Центр Финской Церкви: архиепископия, правление, семинария - ультрамодерная постройка. Все блещет чистотой, все вылизано. Архиепископ Павел, которого я уже знаю по Аляске, - то же светлое впечатление. Ужин с ним и о.К.Гундяевым. Потом всенощная под Иоанна Богослова в семинарской церкви. Классическая "русская" всенощная, только по-фински. Но этот язык, в котором гласные доминируют над согласными, - красив и удивительно хорошо подходит к нашим мелодиям. После всенощной - прием и чаепитие в семинарии, ректор которой "наш" Матти Сидоров, переводчик моих книг… Все очень дружно и трогательно: студент играет на флейте, другой поет. Все красавцы-блондины…

Под конец прогулка по мокрой, пустой улице с о.Кириллом. Разговор о Церкви в России, о диссидентах. Гундяев - "никодимит" (ему двадцать девять лет, и он уже архимандрит и ректор Академии!), то есть умница и "clever" <ловкий, искусный>. Но то, что он говорит и как, кажется мне и искренним, и правильным.

(no subject)

Император Костя

Татьяна МОСКВИНА
газета "Русский телеграф", 4 апреля 1998 года


В прошлую пятницу в программе Александра Любимова "Взгляд", посвященной борьбе с наркотиками, появился классик русского рок-н-ролла, лидер группы "Алиса" Константин Кинчев. На вопрос, является ли нынче актуальным для самого Кинчева и его публики знаменитый лозунг "Мы вместе! ", Кинчев отвечал, что да, но важно, в чем именно "мы вместе". "Я тут сочинил песню -добавил он, разъясняя, -под названием "Мы -православные!"
Collapse )

(no subject)

У Феллини наконец появилась возможность предъявить москвичам "большого себя"

Полная ретроспектива Федерико Феллини

Александр Ъ-ТИМОФЕЕВСКИЙ
"Коммерсантъ-Daily", 3 сентября 1994 года


Вчера в Киноцентре состоялась пресс-конференция, посвященная ретроспективе Федерико Феллини, которая пройдет в Москве с 14 по 25 сентября. В нее включены все художественные картины великого итальянского режиссера, в том числе и короткометражные, документальный фильм "Дневник режиссера", рекламные ролики, а также ленты Росселлини, снятые по феллиниевским сценариям. Такая максимально полная программа до Москвы была уже показана в Нью-Йорке, Париже и Амстердаме. Нынешняя ретроспектива, подготовленная Cinecitta` International и Итальянским институтом культуры в Москве при участии Киноцентра, Музея кино и Госфильмофонда России, дает исчерпывающее представление о творчестве Федерико Феллини.
Collapse )

(no subject)

Вагончик тронется -- перрон останется

Новый год всегда обращен в прошлое. Но не до такой же степени

ДЕНИС ГОРЕЛОВ
«Русский Телеграф» (январь 1998?)


Новый год раз от раза все больше напоминает золотую свадьбу. Бабушка рядышком с дедушкой снова жених и невеста. Жухлые радости хорошо прожитой жизни.

Телеканалы наперебой гоняют ретро, пуская назад уже почти до конца промотавшуюся пленку. Ожив на минуту, лучшие мгновения тают, как снежинки из праздничных заставок. Получается романс черепахи Тортилы -- как она была молода триста лет тому назад.
Collapse )

(no subject)

Толстый и красивый парниша

Элвису Аронычу Пресли – 63

Денис ГОРЕЛОВ,
«Русский Телеграф», 1998 год


В Америке мужчинам заповедано писать об Элвисе Пресли. Пускать неотесанных самцов в "отель разбитых сердец" -- такая же дикость, как позволять им высказываться о чеченской войне, законном браке и актере Димочке Харатьяне. Прошлогоднее двадцатилетие смерти Короля показало, насколько память сердца сильней рассудка памяти печальной: теплые юбилейные заметки были насквозь пропитаны духами "Жизель" и подписаны исключительно именами Пэм, Кейт и Дебора. "Легко было полюбить его беленьким, -- с укоризной писали Деборы. -- А вот попробуйте-ка сохранить королю верность, когда он превратился в мешок с отрубями, обшил себя позументом и бахромой и запел медленное, потому что на быстрое уже язык не ворочался".
Collapse )

Homme Fatal 2

журнал «Сеанс» №15 (1997-й год)

Борис Кузьминский
Роберт де Ниро тоже, увы, не чужд халтуры, но если роль ему не по вкусу ("Мы не ангелы", например) откровенно дистанцируется от происходящего, кривляется и наигрывает. Меньшиков в "Кавказском пленнике" штампует банальности на истовом серьезе, с каким-то услужливым рвением. Репутация первого актера России, роскошная органика, незабываемое лицо, кристальный, с оттенком гениальности талант - все на алтарь общественно-полезного, дешевого лубка. Смещение резкости: может, тот , кого принимали за посланца небес (в "Утомленных солнцем" - падшего), на деле всегда был универсальным гуттаперчевым Петрушкой из "Покровских ворот"? Сверхмарионетка. Тоже занятие. И некогда глядеть в тревожную пустоту наверху. Компьютером "Макинтош" забивают гвозди. С любезного согласия компьютера.
Collapse )

(no subject)

Как белое платье пело в луче

Театр российской армии. «Орестея» Эсхила. Постановщик Петер Штайн. Перевод с немецкого - Борис Шекасюк. Сценография Мойделе Бикель

Борис Кузьминский, газета «Сегодня» от 01.02.1994


Почти пятилетку Петер Штайн изощренно лгал советским и российским институциям: маршалу Язову, короне империи, будущему Конституционному Строю. Он уверял, что желает поставить в Театре армии оптимистический спектакль о новорожденной демократии, который спасет Россию. Жаждал выделиться даже на нашем сверхвыпендрежном фоне.

И - получилось. Кто мог вообразить подобное, перемогая сушеный «Вишневый сад»!

«Орестея», что ясно уже в феврале 1994-го, - главный хэппенинг сезона. Жаль, вдохновенная пощечина Штайна не достанется рядовому зрителю. Тот уйдет с представления, которое длится 7,5 часов, через 20 минут. Пустой зал. Штайн, наверное, и это запланировал.
Collapse )

(no subject)

Хиппи-энд

Десятая годовщина "Ассы" подвела черту под временем колокольчиков

ДЕНИС ГОРЕЛОВ, «Русский Телеграф»


Не живет Биг Бит без попутчиков.

Без фамильных замков, откуда с первыми проблесками зари удирает младшая дочь, закинув за спину котомку с бахромой. Без многодетных заспанных тюленей, пускающих на ночлег под яростные взгляды жены. Без мажорских тачек, на которых так здорово нарисовать глаза, зубы и ромашковое поле, без чьих-то снисходительных денег на дринч и тюремный залог, без Милошей Форманов и Сергеев Соловьевых, снимающих про это бессмертные полотна.
Collapse )

"Шестое чувство" М.Найт Шьямалана

Жужжи так, будто ты зуммер

Максим АНДРЕЕВ
газета «Известия», полоса «Хит», 1999-й год


-- Сими Гласс, Семиглаз! Пойдешь купаться, Сими Гласс? – пропела Сибилла Карпентер. На девочке был желтенький, как канарейка, купальник – трусики и лифчик, хотя ближайшие десять лет она прекрасно могла обойтись и без лифчика.

Юноша перевернулся на живот, и скрученное колбасой купальное полотенце упало с его глаз.

-- А, привет, Сибиллочка! Какие новости?

-- Вышел фильм «Шестое чувство» – сказала Сибилла, подкидывая ножкой песок. – Ты смотрел?
Collapse )

(no subject)

Время и место

Он прожил всего тридцать три месяца, но этого ему хватило, чтобы навсегда остаться главной дискотекой столетия. Двадцать лет спустя после закрытия нью-йоркского «Студио 54» Боб Колачелло рассказал о том, что творилось за его дверями.

Журнал GQ №3 2003


«НИГДЕ не было так весело, как в "Студио 54", — говорит мне дизайнер Диана фон Фюрстенберг, — я обедала с детьми, надевала ковбойские сапоги, садилась в "мерседес", вылезала из "мерседеса", шла туда и через два часа уходила с парнем». «Мне нравились эти толпы, очереди. Выходишь из такси — и они уже стоят, ждут, когда их пустят, — вторит ей Бриджит Берлин, сотрудница Энди Уорхола. — А меня пускают просто так, и все сразу машут руками, фотографируют тебя, потому что принимают за важную персону, раз тебя пропустили. Было ощущение семьи. Бьянка Джаггер нянчила Энди Уорхола на банкетке. Если я пропускала один вечер, Энди журил меня: "Ты пропустила лучшее. Сачкуешь, мать". А если он что-то пропускал, то непременно сам звонил утром и требовал все подробности».

«Как-то раз стою я у бара, — рассказывает бывший колумнист журнала «Дитейлз» Борегард Хьюстон-Монтгомери, — и болтаю с Уэем Бенди и Херри Кингом, оба тогда были самые модные парикмахеры-визажисты в целом мире, делали обложки для "Космополитен". И вдруг у всех троих отвисают челюсти—в заведение входит, болтая с Джиной Лоллобриджидой, сам генерал Моше Даян, со знаменитой повязкой на глазу». «Было ощущение, что каждый вечер приходишь в новое место, — говорит Кэвин Хейли, в прошлом модель, теперь голливудский декоратор. — Так оно, впрочем, и было на самом деле. На день рождения Долли Партон, певицы кантри, стояли стога настоящего сена, по залу гуляли живые свиньи, бараны, овцы — не хватало только Есенина с банджо. Или Хэллоуин: надо было подсматривать за карликами в маленьких комнатках. Например, сидит вокруг стола семья лилипутов и кушает. Мы не знали чувства вины. Декаданс приветствовался. Кокаин поощрялся. Побочными эффектами и не пахло — так, по крайней мере, всем нам казалось».

Collapse )